
节日 / 文化阅读 · 难度: 入门
Лев Толстой, Война и мир
·
Ну, князь, Генуя и Лукка теперь не более как уделы, поместья семьи Бонапартов. Нет, я вас предупреждаю: если вы не скажете мне, что у нас война, если вы еще позволите себе оправдывать все подлости, все злодеяния этого антихриста (честное слово, я думаю, что он именно таков), — я вас больше не знаю, вы мне не друг, вы больше не мой верный раб, как вы говорите.
“哦,好吧,公爵,热那亚和卢卡现在不过是波拿巴家族的封地、领地罢了。不,我警告你,如果你不告诉我我们正在进行战争,如果你还敢继续为这个反基督徒(我发誓,我相信他就是)的一切无耻、一切暴行辩护——我将不再认识你,你不再是我的朋友,不再是你自称的、忠实的奴隶了。”
Так говорила в июле 1805 года известная Анна Павловна Шерер, фрейлина и приближенная императрицы Марии Феодоровны, встречая важного и чиновного князя Василия, первого приехавшего на ее вечер. Анна Павловна кашляла, несколько дней тому назад у нее был грипп; как она говорила, это был «воображаемый недуг».
这是著名的女官、玛利亚·费奥多罗芙娜皇后近臣安娜·帕夫洛夫娜·舍雷尔,于1805年7月迎接她晚会上第一位来客——重要且身居高位的瓦西里公爵时所说的话。安娜·帕夫洛夫娜咳嗽着,她几天前得了流感;用她的话说,这是一种“假想的病”。
В ее интонации чувствовалась скрытая ирония, которая была так свойственна обществу, где она жила. Князь Василий всегда говорил ей: «вы мой верный раб», и она отвечала ему: «вы мой верный князь».
在她的语调中,能感受到一种隐蔽的讽刺,这正是她所处的社交圈的典型特征。瓦西里公爵总是对她说:“您是我忠实的奴隶”,而她则回答:“您是我忠实的公爵。”
— Боже! Какая ужасная война! — ответил князь Василий, не поднимая глаз, как человек, которого уже утомили эти разговоры. — Но как же так? Почему вы так горячитесь?
“上帝啊!多么可怕的战争啊!”瓦西里公爵回答道,他没有抬眼,像一个已经被这类谈话弄得疲惫不堪的人。“但是怎么了?您为什么如此激动?”
Анна Павловна ничего не ответила, но, подняв голову, улыбнулась с видом человека, который не только не хочет менять своих убеждений, но и уверен, что они верны. Она, как хозяйка, была занята тем, что нужно было подготовить гостей для разговоров, чтобы они не заскучали.
安娜·帕夫洛夫娜没有回答,但抬起头,微笑着,像一个不仅不想改变自己信念,而且确信它们是正确的人。作为女主人,她忙着为客人们准备谈话话题,以免他们感到无聊。
— Единственное мое удовольствие — готовиться к худшему, — сказала она. — Я не могу переносить этой двойственности, этих полумер. Я знаю, что все идет к ужасному концу.
“我唯一的乐趣就是为最坏的情况做准备,”她说,“我无法忍受这种两面派,这种半吊子的措施。我知道一切都将走向一个可怕的结局。”
Она в ту же минуту обратила внимание на входящих гостей: толстого и молодого Пьера Безухова, князя Андрея Болконского с женой Лизой, а также на других, чье появление должно было украсить ее салон.
她立刻把注意力转向了走进来的客人:肥胖的年轻人皮埃尔·别祖霍夫、安德烈·博尔孔斯基公爵和他的妻子丽莎,以及其他一些注定会给她的沙龙增光添彩的人。
К Анне Павловне приехал еще и молодой человек, князь Ипполит Курагин, сын известного князя Василия. Он был высоким, статным, с красивым, но невыразительным лицом. Он вошел в гостиную с изящным высокомерием, которое немедленно сообщило ему особое место в этом обществе.
另一位年轻人,著名的瓦西里公爵的儿子,伊波利特·库拉金公爵也来到了安娜·帕夫洛夫娜的家中。他身材高大、体格匀称,有一张英俊但毫无表情的脸。他带着一种优雅的傲慢走进客厅,这种傲慢立刻使他在这个社交圈中占据了特殊的位置。
Ипполит сел на диван и, прислонившись спиной к креслу, стал слушать разговор, время от времени вмешиваясь в него с замечаниями, которые никого не интересовали, но которые он произносил с уверенностью человека, не допускающего возражений.
伊波利特坐在沙发上,背靠着椅子,开始听着谈话,并不时插进一些无人感兴趣的评论,但他以一种不容置疑的自信说出来,仿佛他是一个不容反驳的人。
В то же время в гостиную вошел, запыхавшись, огромный, неуклюжий и толстый молодой человек, с коротко остриженными волосами, в очках, со светлыми брюками по тогдашней моде, с высоким жабо. Это был Пьер, незаконный сын графа Безухова, недавно приехавший из-за границы.
与此同时,一个气喘吁吁、身躯庞大、笨拙且肥胖的年轻人走进了客厅,他留着短短的头发,戴着眼镜,穿着当时时髦的浅色裤子,戴着高高的领饰。他是彼埃尔,别祖霍夫伯爵的私生子,最近刚从国外回来。
Его появление нарушило общий строй разговора. Анна Павловна, с первого взгляда увидав его, поняла, что его присутствие в ее гостиной, куда она приглашала только избранных, было ошибкой, но, будучи хозяйкой, она должна была его принять.
他的出现打乱了谈话的整体气氛。安娜·帕夫洛夫娜第一眼看到他就明白,他出现在她只邀请精英的客厅里是一个错误,但作为女主人,她必须接待他。
Пьер, как и все люди, привыкшие к жизни в одиночестве, не знал, что делать в этом обществе. Он смущался, кланялся всем и каждому и, видимо, ожидал, что с ним заговорят, но никто не обращал на него внимания.
彼埃尔,像所有习惯于孤独生活的人一样,不知道在这个社交圈里该做什么。他感到局促不安,向每个人鞠躬,并显然期待着有人与他交谈,但没有人注意他。
Анна Павловна, оправившись от смущения, подтолкнула его к «тётушке» — старому генералу, который всегда присутствовал на ее вечерах и всегда молчал, — и попросила Пьера развлечь его разговором о политике.
安娜·帕夫洛夫娜从窘迫中恢复过来,把他推向了“伯母”——那位总是出席她的晚会却总是保持沉默的老将军——并请彼埃尔用政治话题来招待他。
Однако Пьер, едва начав говорить, проявил такое горячее и искреннее увлечение идеями Республики и Наполеона, которые были совершенно неприличны в этом обществе, что Анна Павловна поспешила его остановить.
然而,彼埃尔刚开始说话,就表现出对共和国理念和拿破仑的热烈而真诚的迷恋,这在这个圈子里是完全不合时宜的,以至于安娜·帕夫洛вна连忙制止了他。
В это время князь Андрей Болконский, сидевший до тех пор с улыбкой на лице, но с глубокой скукой в глазах, встал и, попрощавшись с Анной Павловной, направился к выходу. Пьер подошел к нему. «Ты уезжаешь?» — спросил он. «Я тебя не узнал, ты так изменился». «Я уезжаю на войну», — отвечал Андрей. «Еду адъютантом к Кутузову».
这时,一直带着微笑但眼中流露着深深倦意的安德烈·博尔孔斯基公爵站了起来,向安娜·帕夫洛夫娜告辞后,走向出口。彼埃尔走到他跟前。“你要走了吗?”他问道,“我没认出你,你变化好大。”“我要去参战了,”安德烈回答,“我去做库图佐夫的副官。”
В голосе Андрея звучала та сухость и холодность, которая всегда отличала его в обществе. Но в глазах его, когда он говорил с Пьером, мелькнул тот огонь, который когда-то связывал их в юности. «Поезжай и ты, — прибавил Андрей. — Нечего тебе делать здесь».
安德烈的语气中带着那种一贯在社交场合中显露出的冷淡和疏离。但在他与彼埃尔交谈时,他的眼中闪过一丝曾将他们青春时代联系在一起的火花。“你也去吧,”安德烈补充道,“你在这里无事可做。”
Вечер Анны Павловны был уже в полном разгаре. Все гости были разделены на маленькие группы, и хозяйка, со свойственным ей искусством, старалась поддерживать разговор во всех группах. Князь Василий, наконец, обратился к Пьеру, с видом человека, который не знает, что ему с ним делать.
安娜·帕夫洛夫娜的晚会已经进入高潮。所有客人都分成了小组,女主人以她特有的技巧,努力维持着所有小组的谈话。瓦西里公爵终于转向彼埃尔,神情像一个不知道该拿他怎么办的人。
— Я приехал говорить с вами о важном деле, — сказал он, понижая голос. — Ваш отец, граф Безухов, очень болен. Он очень страдает, и мне кажется, что его болезнь может закончиться печально. Он просил меня помочь вам в ваших делах.
“我来是想和你谈一件重要的事情,”他压低声音说,“你的父亲,别祖霍夫伯爵,病得很重。他非常痛苦,而且我看他的病情可能会有一个悲伤的结局。他请求我帮助你处理你的事务。”
Пьер, с глазами, полными слез, смотрел на князя Василия. Он не понимал, зачем этот человек говорит ему о делах, когда речь идет о смерти его отца. Он чувствовал, что князь Василий лжет, и ему было противно его участие.
彼埃尔泪眼朦胧地看着瓦西里公爵。他不明白,当谈论他父亲的死亡时,这个人为什么要跟他谈论事务。他感觉瓦西里公爵在撒谎,并且厌恶他的这份关心。
В это время в другой группе разговор обратился к Наполеону. Виконт, один из приглашенных гостей, рассказывал о его планах и о его гениальности. Анна Павловна, не допуская подобных рассуждений, быстро вмешалась.
这时,在另一个小组里,谈话转向了拿破仑。子爵,一位被邀请的客人,正在谈论拿破仑的计划和他的天赋。安娜·帕夫洛夫娜不允许这种议论,迅速插话进来。
— Я не понимаю, как можно восхищаться человеком, который так безнравственен, — сказала она. — Он разрушил мир в Европе, он проливает кровь и думает только о себе. Мы должны его ненавидеть.
“我不明白怎么会有人钦佩一个如此不道德的人,”她说,“他摧毁了欧洲的和平,他流着鲜血,只考虑自己。我们应该憎恨他。”
Князь Андрей, стоявший в сторонке, смотрел на это общество с презрительной улыбкой. Для него все эти разговоры были пусты и бессмысленны. Он искал чего-то большего, чем эта светская суета, и ждал войны как избавления.
安德烈公爵站在一旁,带着轻蔑的微笑看着这个社交圈。在他看来,所有这些谈话都是空洞而毫无意义的。他正在寻找比这种社交喧嚣更重要的东西,并将战争视为一种解脱。
— Война объявлена, — сказал он громко и отчетливо. — И я еду. Я знаю, что война — это ужасно, но это лучше, чем жить в этом обществе, где нет ничего, кроме сплетен и интриг.
“战争已经宣战了,”他大声而清晰地说,“我要走了。我知道战争很可怕,但这比生活在这个除了八卦和阴谋之外别无他物的社交圈里要好得多。”
Он поклонился Анне Павловне и, не оглядываясь, быстро вышел из гостиной, оставив за собой молчание и легкое замешательство.
他向安娜·帕夫洛夫娜鞠躬,没有回头,迅速离开了客厅,留下了一片沉默和些许困惑。